Вы читаете номер №1473
Содержание номера

А бИл ли мальчик?

18.05.2017
Происшествия и криминал
Ирина Морозова
0

Вынесен приговор судебному приставу, избившему должника

Судебным приставам по наследству досталась вся ненависть, которую издревле народы питали к сборщикам налогов и недоимок. Потому что брать и тратить деньги легко и приятно, а вот отдавать долги всегда не хочется. Если с должника взять нечего, судебные приставы начинают описывать имущество. Иногда при этом доходит до драки, а заканчивается всё в суде.

Андрей Лукин (имена и фамилии героев публикации изменены) был лишен прав и оштрафован за пьяное вождение на 30 тысяч рублей. Однако оплачивать наложенное на него взыскание не спешил, мотивируя это тем, что без водительского удостоверения он на хорошую работу устроиться не может, а случайных заработков едва хватает на еду. В общем, денег нет и не предвидится.

Первое знакомство с судебным приставом Иваном Ломовым, который к тому времени уже пять лет отработал в этой системе, у них произошло в мае 2015 года, когда Лукин пришел к нему за копией постановления о возбуждении исполнительного производства. Именно тогда Ломов увидел в руках у Лукина телефон марки «Хайскрин». Не спросив о том, кто его настоящий владелец, судебный пристав наложил на него арест. Аппарат был оставлен Лукину на ответственное хранение. Далее было оговорено, что Лукин сам продаст телефон и принесет в счет уплаты долга 1000 рублей. Но прошли отпущенные для этого 10 дней, а ни Лукина, ни телефона, ни денег Ломов так и не увидел.

Поскольку за полтора года Лукин так и не наскреб денег на оплату штрафа (он был на него наложен в августе 2014 года), в феврале 2016 года, после очередной нахлобучки от начальства за то, что исполнительное производство не завершено, судебный пристав взялся за должника всерьез. Взяв с собой для охраны еще одного пристава, он приехал к нему днем в общежитие.

Лукин оказался дома и открыл судебному приставу дверь. А потом по требованию Ломова (поскольку другого телефона у него при себе не оказалось) отдал ему телефон своей матери «Нокиа Люмиа 978», которым в тот момент пользовался. Этот факт подтвердил в суде свидетель – друг Лукина, который был в тот момент у него в гостях.

Приехав на службу и сверив документы, Ломов осознал свою ошибку – поняв, что у него на руках не тот телефон, на который он в 2015 году наложил арест, он снова поехал к Лукину.

Визитеров в тот вечер было уже четверо: трое приставов и девушка (имени и фамилии которой они не спросили), встреченная служителями закона около подъезда и приглашенная быть понятой. Дверь комнаты им открыл сам Лукин, но, поскольку внутри было темно все вышли в коридор. В ходе возникшей перепалки Ломов (разозлившийся из-за того, что не сможет закрыть исполнительное производство и это снизит его показатели) ударил Лукина кулаком в область левого уха. От удара последний упал на пол. Стоя над Лукиным, Ломов велел неплательщику прийти на следующий день к нему в кабинет либо с документами на изъятый телефон, либо с тем сотовым телефоном, данные которого были записаны в 2015 году.

На следующий день Лукин пришел на прием к приставу вместе с матерью и документами на телефон. Аппарат они вернули, а взамен получили предписание заплатить штраф за передачу арестованного имущества в размере 1000 рублей. Однако факт избиения Лукины просто так не оставили, а написали заявление в полицию и зафиксировали в БСМП факт побоев.

Когда в суде встречаются две стороны, каждая из которых настаивает на своем, решающими становятся показания свидетелей. Правоту Лукина подтвердили соседи по общежитию. Одна женщина вышла в коридор к общим машинкам, чтобы положить в стирку белье. Она услышала звук удара, а оглянувшись, увидела Лукина лежащим на полу. По поведению пришедших к соседу людей у нее даже возникло ощущение, что вернулись лихие 90-е, а к соседу пришли бандиты.

По мнению суда, действия судебного пристава-исполнителя Ангарского районного отдела судебных приставов управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области нарушили конституционные права Андрея Лукина на личную неприкосновенность, гарантирующие ему защиту достоинства личности, запрет насилия, пыток, другого жестокого и унижающего человеческого достоинства обращения, и существенно нарушили охраняемые законом интересы общества и государства, что выразилось в дискредитации и подрыве авторитета Федеральной службы судебных приставов РФ и ее территориальных органов.

Суд квалифицировал действия подсудимого по статье п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ «Превышение должностных полномочий». В итоге Ломов приговорен к наказанию в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы условно с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 2 года.

Приговор в законную силу не вступил.